29 Май 2017
Рассмотренные жалобы

Жалоба саентологической церкви Москвы на сайт "РИА Новости" - Решение Коллегии

Оглавление

 

РЕШЕНИЕ

«О жалобе Верухиной Е.И., представителя религиозного объединения «Саентологическая церковь Москвы», в связи опубликованием РИА-Новости/Международным информационным агентством «Россия сегодня» новостной заметки «Источник: во время обыска у московских саентологов изъяли пистолет и деньги». (Дата публикации 22.06.2016 г., адрес публикации в интернете - https://ria.ru/incidents/20160622/1449706322.html )

г. Москва, 21 декабря 2016 г. № 153

 

На 151-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе заместителя председателя Палаты медиааудитории Юрия Казакова (председательствующий), членов Палаты медиасообщества Ольги Кравцовой и Виктора Юкечева, членов Палаты медиааудитории Вадима Зиятдинова, Марии Каннабих, Дмитрия Орешкина, Ильи Шаблинского рассмотрела обращение Е.И. Верухиной в связи с опубликованием РИА-Новости/Международным информационным агентством «Россия сегодня» новостной заметки «Источник: во время обыска у московских саентологов изъяли пистолет и деньги». (Дата публикации 22.06.2016 г., адрес материала в интернете - https://ria.ru/incidents/20160622/1449706322.html )

Вопросы процедуры. Заявитель Е.И Верухина подписала Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу и приняла на себя письменное обязательство не использовать решение Общественной коллегии по данному информационному спору для его продолжения в судебном или ином правовом порядке.

Адресат жалобы, ФГУП «Международное информационное агентство «Россия сегодня», на информационное письмо Коллегии ответило письмом за подписью первого заместителя Главного редактора С.М. Кочеткова. «Федеральное государственное унитарное предприятие «Международное информационное агентство «Россия сегодня» информирует вас о непризнании профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу. В связи с изложенным комментарии по существу полученного от вас письма (...) предоставлены быть не могут».

Позиция заявителя Е.И. Верухиной при обращении в Коллегию была изложена следующим образом: «22 июня 2016 на сайте ria.ru была размещена статья “Источник: во время обыска у московских саентологов изъяли пистолет и деньги” автора Ильи Горбунова. В публикации содержится ложная информация о Саентологической церкви Москвы. Автор данной статьи пишет: “Сотрудники спецслужб во время обыска в московских офисах саентологической церкви изъяли пакеты с деньгами и пистолет, рассказал РИА Новости во вторник источник в правоохранительных органах”. Сам журналист, сославшись на «источник», отказался что-либо менять в статье. Мы обращались по данному вопросу к главному редактору МИА “Россия сегодня” Симоньян Маргарите Симоновне с просьбой проверить достоверность данных сведений, поскольку церковь располагает доказательствами, что никакого оружия и денег при данном оперативном мероприятии не изымалось. Главный редактор передала наше обращение на рассмотрение Горностаеву Дмитрию Сергеевичу, а он, в свою очередь, юристу МИА “Россия сегодня” Черницыной Анне Владимировне. Затем нам был прислан ответ редакции (во вложении). Мы считаем, что непосредственной обязанностью журналиста является проверка сведений для статьи, тем более, если ему прямо указывают на несоответствие его материала действительности. Также никто из редакции ria.ru не обращался в церковь с какими-либо вопросами и не проявил желания руководствоваться достоверной информацией при нашем вынужденном обращении. Между тем, в протоколе обыска четко видно, что ничего подобного в Церкви не изымалось. Этот протокол может быть представлен при рассмотрении Коллегией нашего обращения. Мы считаем данную публикацию абсолютно неприемлемой и крайне негативно влияющей на репутацию Церкви и ее прихожан. Распространение данной ложной информации в СМИ оскорбляет чувства верующих нашей религии (которых в Москве несколько тысяч)».

Позиция адресата жалобы, редакции ФГУП «Международное информационное агентство «Россия сегодня», представляет собой прямой отказ в предоставлении комментария к информации заявителя и отказ от изложения позиции информагентства по существу рассматриваемого информационного спора.

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Коллегии.

Заявитель Е.И. Верухина, заместитель директора по связям с общественностью религиозного объединения «Саентологическая церковь Москвы», сообщила, что, столкнувшись с ложной информацией в оспоренной публикации, представители религиозного объединения обратились в МИА «Россия сегодня» с просьбой о проверке опубликованных данных. «Единственное чего мы хотели, это чтобы они (представители информационного агентства, - Коллегия) проверили данные и убедились, что публикация не соответствует действительности». Подтверждая своё утверждение о том, что ни оружия, ни денежных средств во время обыска, о котором шла речь в публикации, изъято не было, заявитель сослалась на копию протокола обыска, произведённого следственной службой УФСБ России по Москве и Московской области 21-22 июня 2016 г.. Заявитель уточнила, что копию протокола у «источника», на который они ссылались, могли получить сами журналисты: «чтобы убедиться, что сказанное в публикации не соответствует действительности. К сожалению, журналисты отказались от сотрудничества».

Отвечая на вопросы членов Коллегии, заявитель уточнила под запись, что протокол, заверенная копия которого была продемонстрирована участникам заседания, отражает то самое событие, которому посвящена публикация, и что в нем нет упоминания об обнаружении и изъятии оружия или денежных средств.

Свидетель со стороны заявителя С.Н Карпов, заместитель директора по связям с общественностью религиозного объединения «Саентологическая церковь Москвы», уточнил, что публикация вызвала у представителей религиозной группы «крайнее возмущение». По словам С.Н. Карпова, в разговоре по телефону с Ильёй Горбуновым, автором заметки, он объяснил журналисту, что «информация по изъятому пистолету вызывает возмущение прихожан: как информация о том, что в церкви может быть найдено оружие». «Это нас задевает, мы считаем, что саентологам целенаправленно создаётся определённый имидж. Поэтому мы просим уточнить эту информацию».

По словам свидетеля, он предложил журналисту «обратиться к “источнику”, который предполагается журналистом компетентным, чтобы уточнить полученную от него информацию». «Ответ был таким: у меня есть информация от источника, я перепроверять ничего не буду. А вы обращайтесь куда хотите».

Отвечая на вопрос о том, как было установлено авторство заметки, опубликованной сетевым изданием «РИА Новости» без подписи, С.Н. Карпов пояснил, что по выходу публикации он просто позвонил в информагентство «Россия сегодня». «Раньше у меня был контакт со службой информации РИА Новости, они несколько раз корректировали материалы, за что им спасибо большое. А здесь меня направили в отдел силовых структур, так это, кажется, называется. Меня соединили с руководителем отдела, а тот сказал, что может соединить меня с журналистом».

С.Н. Карпов сообщил, что после разговора с Ильёй Горбуновым он написал письмо М.С. Симоньян, содержавшее просьбу внести изменения в текст публикации «Источник: во время обыска у московских саентологов изъяли…».

Коллегия была ознакомлена с ответом, полученным С.Н. Карповым из информационного агентства за подписью С.М. Кочеткова, заместителя Главного редактора. Содержательная его часть такова: «Сведения об обнаружении в ходе обысков в офисах Саентологической церкви Москвы пистолета и изъятии значительных сумм денег, обозначенные Вами как «не соответствующая действительности информация», получены редакцией сетевого издания «РИА Новости» от источника в правоохранительных органах. Данная информация нашла отражение в статье «Источник: во время обыска у московских саентологов изъяли пистолет и деньги». До настоящего времени официального опровержения приведённых в указанной статье сведений в редакции не имеется».

Ответ на вопрос: предлагалось ли адресатам обращения ознакомиться с копией протокола обыска, имеющейся у заявителя, был таким: «Нет, знакомиться с протоколом мы не предлагали; мы предлагали им обратиться непосредственно к их «источнику». Мы исходили из того, что информация получена журналистами от органов. И просили их об одном: самостоятельно уточнить – именно у органов - уже опубликованную информацию».

На вопрос: почему заявитель, не согласный с публикацией, обратился не в суд, а в Коллегию, был получен следующий ответ (С.Н. Карпов): «Мне кажется, что это тяжёлое нарушение журналистской этики: отказ журналиста скорректировать информацию и после того, как его внимание несколько раз обращено на то, что обществу им была предоставлена недостоверная информация. Для нас важно сделать это обстоятельство гласным, обратить внимание общественности на то, что журналисты, говоря о саентологии, зачастую используют информацию непроверенную, недостоверную».

Члены Коллегии были ознакомлены с исследованием («мнением эксперта»), подготовленным к.филос.н. К.А. Назаретян.

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее решение.

 

РЕШЕНИЕ

1. Коллегия обращает внимание на не мотивированное, не подкреплённое разъяснениями и аргументами уведомление ФГУП «Международное информационное агентство «Россия сегодня» о «непризнании» адресатом жалобы профессионально-этической юрисдикции Общественной коллегии по жалобам на прессу. Коллегия полагает такой подход к взаимоотношениям с органом само- и сорегулирования в сфере массовой информации определенно расходящимся с представлениями о правилах поведения редакции СМИ в демократическом обществе.

2. Коллегия сожалеет об отказе руководства ФГУП МИА «Россия сегодня» от сотрудничества при рассмотрении конкретного информационного спора. Отказ от «предоставления комментариев» не позволяет Коллегии установить причины и мотивы отказа государственного информагентства от обращения к источнику распространённой им - заведомо диффамационной и при этом ложной, по утверждению заявителя - информации с целью её перепроверки (в случае, если такого обращения действительно не последовало.) Он также не позволяет судить о результатах попытки такого обращения, если последняя предпринималась: пусть и без уведомления о том заявителя.

3. Оставаясь в рамках своей уставной компетенции, Коллегия воздерживается от признания оспоренных фрагментов текста, распространённого информационным агентством со ссылкой на некий «источник», информацией определенно недостоверной или заведомо ложной, - по той причине, что вывод такого рода опирался бы исключительно на не соответствующий профилю Коллегии служебный документ (копию протокола обыска, произведённого 21-22 июня 2016 года), находящийся в распоряжении заявителя. Не имея возможности задать уточняющие вопросы не только безымянному «источнику», но и адресату жалобы, сетевого издания rian.ru, Коллегия, однако, принимает к сведению свидетельство заявителя о том, что в указанном служебном документе отсутствуют данные об изъятых в ходе конкретного обыска «пистолете», а также «значительных сумм денег». И рассматривает оспоренную заявителем информацию информагентства как скорее недостоверную или даже в высокой степени недостоверную.

4. Подчёркивая данное обстоятельство, Коллегия обращает внимание на то, что такое событие, как изъятие при обыске оружия («пистолета, предположительно марки “ТТ”») и «значительных сумм денег в рублях и долларах», зафиксировано в публикации информационного агентства как факт имевший место, подкрепленный или даже подтверждённый в массовом сознании, но не только в нём, как государственным статусом самого информагентства, так и специфической ведомственной принадлежностью не названного «источника».

4.1. Коллегия отмечет, что, несмотря на известную путаницу, внесенную в текст заметки (обыск проведён «сотрудниками спецслужб», а информацию о его результатах даёт анонимный «источник в правоохранительных органах»), само присутствие «силовика» в качестве информатора воспринимается российским пользователем, не имеющим навыков медиаобразования, как маркер повышенной достоверности «криминальной» информации, как гарантия надёжности источника, предоставившего журналисту ведомственные сведения, а равно и как гарантия надёжности, добросовестности самого журналиста.

5. Коллегия напоминает, что Закон РФ «О средствах массовой информации» обязывает журналиста «проверять достоверность сообщаемой им информации» (ст. 47), и что «распространение слухов под видом достоверных сообщений» отнесено тем же законом (ст. 51) к «злоупотреблению правами журналиста».

5.1. Коллегия, к компетенции которой относится рассмотрение информационных споров, связанных с нарушениями принципов и норм профессиональной этики журналиста, а также информационных споров, затрагивающих права человека в сфере массовой информации, исходит из того, что не безымянный «источник», а конкретный, с именем и фамилией, журналист «отвечает собственным именем и репутацией за достоверность всякого сообщения и справедливость всякого суждения, распространённых за его подписью, под его псевдонимом или анонимно, но с его ведома и согласия». Коллегия исходит из того, далее, что приведённая позиция Кодекса профессиональной этики российского журналиста, как и обязательство-предписание того же документа: «журналист полностью осознаёт опасность ограничения, преследования и насилия, которые могут быть спровоцированы его деятельностью», относятся к категории профессиональных журналистских стандартов. И ровно по этой причине распространяются, в том числе, на журналистов - сотрудников российских информационных агентств.

6. Обращая особое внимание на то обстоятельство, что оспоренный заявителем текст был распространён государственным информационным агентством, Коллегия напоминает, что, согласно ст. 57 Закона РФ «О средствах массовой информации», «редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций (…)», если эти сведения, в том числе, «получены от информационных агентств». Сказанное означает, что ни одно СМИ, перепечатавшее оспоренную новостную заметку, не отвечало бы по закону за распространение информации об «изъятиях», в том числе, несовместимых с моральными основаниями религиозных организаций, как ложной и диффамационной. Сказанное напоминает, вместе с тем, какая ответственность за достоверность распространяемой информации лежит на самом информационном агентстве и на его конкретных сотрудниках.

7. Не имея возможности задать необходимые вопросы адресатам жалобы, конкретному журналисту и руководителям МИА «Россия сегодня», Коллегия не может судить о том, была ли информация, которая рассматривается ею как скорее недостоверная или в высокой степени недостоверная, получена от, условно говоря, «рядового» сотрудника не названной силовой структуры, связанного некими личными отношениями с представителями конкретной редакции информагентства, или от пресс-службы этой структуры.

7.1. Допуская возможность как одного, так и другого варианта получения журналистом информагентства информации, оспоренной заявителем, Коллегия полагает полезным напомнить о двух конкретных выводах, содержащихся в её решении № 58 от 9 ноября 2010 г. Вывод первый, универсальный: «Общественная коллегия настоятельно рекомендует журналистам печатных и электронных СМИ при подготовке материалов в жанрах журналистского расследования, судебного репортажа, «криминальной» хроники следовать подходу Декларации Гильдии судебных репортеров (1997 г.); в частности, исходить из принципа «презумпции добропорядочности» лиц, чьи имена и поступки делаются достоянием гласности. И везде, где это оказывается практически возможным, предоставлять право на изложение своей точки зрения – как правило, до передачи материала в печать или в эфир, - любому лицу, которое становится объектом критики журналиста». Вывод второй, относившийся к практике заведомо уязвимых для СМИ (в случае выбора версии «анонимный источник») взаимоотношений редакций СМИ с пресс-службами силовых министерств и ведомств: «Справедливо требуя проявления профессиональной и гражданской ответственности от журналиста и журналистики, общество вправе рассчитывать на проявление профессиональной и гражданской (не ведомственной) ответственности тех, кто работает с журналистом и журналистикой на смежных, соприкасающихся, но при этом заведомо различных профессиональных полях».

7.2. Коллегия осознаёт, что следование приведённым рекомендациям не гарантирует защиту как самих журналистов, так и граждан от «фейков», вбрасываемых в общественное сознание под видом достоверных фактов, - в том числе, под рубриками «криминальная хроника» и «происшествия». Приводя выдержки из решения, за которым стояла судьба конкретного человека, Коллегия обращает внимание на сам факт (как на угрозу) использования журналиста и СМИ - не суть важно, из каких именно побуждений, - не прозрачными, закрытыми для гражданского контроля, преследующими собственные цели и решающими собственные задачи ведомственными структурами. Коллегия напоминает журналистам и редакциям СМИ о нужде и задаче противостоять попыткам использовать себя в качестве «добровольных друзей» последних: памятуя как о радикальном различии долженствований в различных профессиях и специальностях, так и о прямой профессиональной обязанности журналиста проявлять критических подход ко всему, что преподносится ему и его редакции, в том числе, как результат усилий, направленных на защиту общественных интересов.

8. Коллегия напоминает о том, что в силу позиции, занятой руководством МИА «Россия сегодня», члены ad hoc коллегии, рассматривающей настоящий информационный спор, оказались лишены возможности получить ответы на свои вопросы от адресата жалобы. Без ответа остался, в том числе, следующий вопрос: существует ли в названном информационном агентстве нормативный профессионально-этический документ, на который журналист мог бы оглядываться как на ориентир, помогающий разрешать затруднения, в том числе, в ситуациях усложнённого профессионально-морального выбора?

8.1. Уточняя, что в недавнем прошлом, в 2012 г., ей довелось рассматривать серьёзную, прецедентную жалобу информационного агентства РИА «Новости» (формально - предшественника МИА «Россия сегодня»), Коллегия полагает полезным воспроизвести в настоящем решении ту из позиций своего решения № 72, которая напрямую связывала репутацию информационного агентства с внятностью и открытостью действующих в нем представлений о профессионально должном и профессионально недопустимом. «Исходя из сказанного, Коллегия обращает внимание заявителя на то, что знание и выполнение редакционной политики – важная составная часть работы (…) журналиста, сотрудника информационного агентства. Это налагает на руководство агентства в целом и, в частности, конкретной редакции обязанность не только четко формулировать внутренние правила и принципы, определяющие редакционную политику, но и доводить эти правила и принципы до всех, кто обязан руководствоваться ими в повседневной практической деятельности.

Коллегия полагает весьма желательным, чтобы основные принципы и правила, представления о базовых ценностях и об этических нормах, которыми обязаны руководствоваться сотрудники конкретного СМИ, оказывались доступны и его аудитории, - например, через размещение на официальном сайте соответствующего СМИ».

9. Не находя на официальном сайте МИА «Россия сегодня» документа, позволяющего судить о том, каковы «основные принципы и правила, представления о базовых ценностях и об этических нормах, которыми обязаны руководствоваться сотрудники конкретного СМИ», Коллегия настоятельно рекомендует как руководителям и сотрудникам указанного государственного агентства, так и всем уважающим себя и свою профессию российским журналистам внимательно ознакомиться с исследованием («мнением эксперта») к.филос.н. К.А. Назаретян, в котором специально и подробно рассмотрены существующие подходы к т.н. «анонимным источникам».

9.1. Коллегия безусловно поддерживает эксперта К.А. Назаретян в том, что касается обязанности журналиста помнить о презумпции невиновности. («Это не значит, что журналист не имеет права освещать идущие расследования или проводить собственные, но с обвинениями нужно обращаться осторожнее. В данном случае из заметки можно сделать вывод о криминальном характере деятельности саентологической церкви, при том что источник информации заведомо ненадёжен и, соответственно, достаточных оснований для такого вывода нет». Коллегия уточняет, что, в отличие от эксперта, она относит все события и ситуации, связанные с оборотом оружия, в том числе и мнимым, к категории повышенного общественного интереса.

9.2. Коллегия соглашается с выводом эксперта о том, что использование анонимного источника в качестве единственного источника информации в оспоренной заметке было этически неоправданно.

9.3. Коллегия, придерживаясь подхода своего эксперта, обращает внимание, в том числе, на следующие обстоятельства:

- «Фактическая» сторона оспоренной заметки обнаруживает отсутствие профессионального критического начала, подавленность «санитарных фильтров» в работе как журналиста, готовившего заметку, так и тех, кто выпускал её на ленту информагентства. Следствием такого, облегчённого подхода обнаруживается угроза манипуляции через СМИ общественным мнением;

- Как характер оспоренной заметки, так и реакция руководства агентства, отклоняющая с порога, что называется, предложение заявителя о перепроверке сообщения, содержащего, по его мнению, ложную

информацию, ставит под вопрос, как минимум, характер и качество взаимоотношений публикатора с «источником» информации, а как максимум - добросовестность самого публикатора;

- Полагая, что презумпция доверия к журналисту и редакции СМИ является фактором не просто важным, но и в значительной степени рукотворным, связанным, в том числе, с готовностью и способностью признавать и исправлять профессиональные ошибки, Коллегия настоятельно рекомендует руководству МИА «Россия сегодня» вернуться к конкретной жалобе конкретного заявителя, самостоятельно провести исследование ситуации информационного спора и безотлагательно проинформировать заявителя о полученных результатах и сделанных выводах.

10. Общественная коллегия просит:

- редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

- факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;

- Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по развитию информационного сообщества, СМИ и массовых коммуникаций – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

 

Настоящее решение принято консенсусом.

Председательствующий,

Ю.В. Казаков

 

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

Подать жалобу