Оглавление

 

 

РЕШЕНИЕ
«О жалобе исполнительного директора ООД «За права человека» Л.А. Пономарева на материалы «Вы нам иены, мы вам – острова» и «”Кукол дергают за нитки…”*», опубликованные газетой «Комсомольская правда» 22.03.2012 г и 28.03.2012 г.

 

 

г. Москва,                                             № 74

 

На 70-м заседании Общественной коллегии по жалобам на прессу ad hoc коллегия в составе председателя Палаты медиа-аудитории Юрия Казакова (председательствующий), членов Палаты медиа-сообщества Евгения Абова, Александра Копейки, членов Палаты медиа-аудитории Евгения Гонтмахера, Виктора Монахова рассмотрела жалобу исполнительного директора ООД «За права человека» Л.А. Пономарева на материалы «Вы нам иены, мы вам – острова» и «”Кукол дергают за нитки…”*» (автор обоих – Александр Гришин), опубликованные газетой «Комсомольская правда» 22.03.2012 г и 28.03.2012 г. соответственно.

Вопросы процедуры. Заявитель, Л. А. Пономарёв, признал профессионально-этическую юрисдикцию Общественной коллегии и в связи с этим принял на себя письменное обязательство не продолжать данный информационный спор в судебном или административном порядке.

Редакция газеты «Комсомольская правда» (главный редактор Сунгоркин В.Н., шеф-редактор сайта Носова О.В.) на обращения к ним Пономарева Л.А. не ответила.

Письма Общественной коллегии по жалобам на прессу на имя главного редактора Сунгоркина В.Н., извещавшие о приёме жалобы к рассмотрению и содержавшие предложения высказать соображения по существу информационного спора, принять участие в его рассмотрении, подписать Соглашение о признании профессионально-этической юрисдикции Коллегии, также остались без ответа.

С учетом изложенных выше обстоятельств дела и руководствуясь положениями своего Устава, Общественная коллегия признала данную жалобу подлежащей рассмотрению в соответствии с мандатом Коллегии в отсутствии адресата жалобы.

На заседании Коллегии позиция заявителя была представлена самим заявителем, Л.А. Пономарёвым, а также Е.В. Ихловым, экспертом ООД «За права человека».

Позиция заявителя изложена в Обращении к Коллегии, подписанном исполнительным директором ООД «За права человека» Л.А. Пономарёвым.

Из текста обращения следует, что 23.03.2012 г. в газете «Комсомольская правда» и на веб-сайте «Комсомольская правда» по адресу http://kp.ru/daily/25854/2823198/ был опубликован материал первого заместителя редактора службы международной и внутренней политики Александра Гришина «Вы нам иены, мы вам - острова». С подзаголовком: «Лидер движения “За права человека” и один из руководителей движения “Солидарность” пообещал японцам поддержать передачу Курил, если те будут его финансировать [видео]».

Заявитель утверждает: «Данный материал:

1) использует видеоматериалы, полученные с нарушением закона, т.к. они появились в результате слежки за мною и иностранным дипломатом и тайной записи разговора. При этом из текста материала следует, что редакции известно о незаконном характере получения записи, стенограмма которой приводится с искажением;

2) является плагиатом, поскольку полностью воспроизводит материал, опубликованный 1 марта 2012 г. в интернет-издании «Сегодня.ру» (http://www.segodnia.ru/content/106469)

3) содержит диффамацию, поскольку из опубликованной расшифровки стенограммы подслушанной беседы меня с японским дипломатом никак не следует установление зависимости между просьбой о получении финансовой помощи и моей позицией о необходимости соблюдения Россией обязательств по Советско-японской декларации 1956 года, предусматривающей (статья 9):

«Союз Советских Социалистических Республик и Япония согласились на продолжение после восстановления нормальных дипломатических отношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией переговоров о заключении Мирного Договора.

При этом Союз Советских Социалистических Республик, идя навстречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения Мирного Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией».

4) содержит умышленное искажение моей позиции, показывая меня и целый ряд других лиц нарушителями этических норм, а именно: при цитировании моих характеристик оппозиционных лидеров выпущен переход от них к характеристике власти, поэтому создаётся превратное представление, что именно оппозиция готова к дестабилизации и насилию, к пролитию крови. В размещенном на сайте видеоролике в месте разрыва на звуковой дорожке присутствует щелчок, отмечающий монтаж. Однако в оригинале речь идёт о готовности к насилию и кровопролитию властей».

Заявитель сообщает, далее:

«28.03.2012г. в газете «Комсомольская правда» и на веб-сайте «Комсомольской правды» по адресу http://kp.ru/daily/25858/2825851/ был опубликован материал первого заместителя редактора службы международной и внутренней политики Александра Гришина «”Кукол дергают за нитки...”*».

Данный материал содержит прямую ложь и диффамацию, поскольку содержит утверждение: «На днях Пономарев прислал в редакцию письмо: требует сатисфакции за публикацию его переговоров с японским дипломатом. Говорит, что запись в одном месте смонтирована, и он говорил, что на кровь способна власть, а не его соратнички. И что встреча происходила в феврале нынешнего года, а не в октябре прошлого, как обозначено на ролике. Но вот факта предложений «острова - иены» не опровергает».

Эта последняя фраза полностью не соответствует действительности, поскольку в тексте полученной редакцией 23 марта 2012 г. претензии, получение которой подтверждено редакцией, дословно сказано: «из опубликованной расшифровки стенограммы подслушанной беседы меня с японским дипломатом никак не следует установление зависимости между моей позицией о необходимости соблюдения Россией обязательств по Советско-японской декларации 1956 года, предусматривающей (статья 9) «передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан» и рекомендацией Японскому правительству об оказании помощи российским неправительственным организациям. Таким образом, я именно опровергал то, что было названо редакцией «Комсомольской правды» предложение «острова - иены».

Таким образом, редакция «Комсомольской правды» полностью проигнорировала факт того, что я опровергал утверждения о, якобы, сделанном мною предложении организовать общественную поддержку выполнения Декларации 1956 года в обмен на японскую финансовую помощь своей организации или любым другим или без этого. (…)

Всё вышеуказанное является свидетельством осознанной клеветы на меня как на общественного деятеля, а также на ряд других общественных и политических деятелей, и откровенной диффамацией.

Использование незаконно полученных и смонтированных видеокадров, с целью создания ложного впечатления о готовности лидеров оппозиции прибегнуть к насилию, а также о том, что они якобы опасаются ответственности за свои действия, грубо нарушает принципы профессиональное этики журналиста.

Нарушают принципы профессиональное этики журналиста и умышленное искажение общественной позиции, а также упоминания о, якобы, имевшем место девиантном поведении».

В обращении в Коллегию заявитель выразил просьбу «дать публичную оценку» публикациям «Комсомольской правды» от 23.03.2012 г. и 28.03. 2012 г.

Обозначая свои представления о профессионально-этических принципах и нормах, обязательных для журналиста, заявитель сослался на Декларацию принципов поведения журналиста Международной Федерации журналистов, выделив в её тексте те конкретные пункты, которые он посчитал нарушенными редакцией «Комсомольской правды» при подготовке указанных публикаций: ( я бы так их выделил –В.М.)

- «2. Осуществляя профессиональную деятельность, журналист обязан отстаивать принцип свободы при честном сборе и публикации информации и права на честный комментарий и критику»;

- «3. Журналист обязан оперировать только той информацией, источник которой ему известен. Журналист не должен пренебрегать важной информацией или фальсифицировать документы»;

- «4. Получая информацию, фотографии и документы, журналист должен использовать только честные методы»;

- «7. Журналист (…) должен сделать все возможное для того, чтобы избежать даже невольного стимулирования дискриминации на основе расы, пола, сексуальной ориентации, языка, религии, политических или иных взглядов, национального и социального происхождения»;

- «8. Журналист должен считать серьезными профессиональными нарушениями: плагиат; умышленное искажение фактов; клевету, оскорбление, необоснованное обвинение».

Позиция по данному информационному спору Александра Гришина, равно как и позиция редакции газеты «Комсомольская правда», осталась не проясненной, поскольку не была представлена Коллегии.

Обстоятельства, установленные в ходе заседания Общественной коллегии. Коллегия запросила у заявителя (и получила по ходу заседания) письменное подтверждение того, что 23 марта 2012 г. редакции газеты «Комсомольская правда» (адресаты: «ЗАО Издательский дом «Комсомольская правда». Главный редактор Сунгоркин В.Н.; шеф-редактор сайта Носова О.Н.) факсом и электронной почтой был направлен документ «Претензия /в порядке ст. 152 ГК РФ и ст. 43 ФЗ о СМИ/».

«Претензия…» за подписью Л.А. Пономарёва представляла собой прямую реакцию ООД «За права человека» на публикацию А. Гришина «Вы нам иены, мы вам – острова» и содержала требование опровергнуть (путем публикации возражений заявителя) содержащиеся в этом в материале сведения.

«К сведению введенных в заблуждение» читателей «Комсомольской правды», Л.А. Пономарёв заявлял в «Претензии» следующее:

«Моя позиция о необходимости выполнения Россией ст.9 Советско-Японской Декларации от 19.10.1956 г. о возвращении Японии гряды Хабомаи и острова Шикотан в рамках общего мирного урегулирования и после подписания Мирного договора неизменна с 1993 г., когда в качестве депутата Верховного Совета РФ я плотно занимался этим вопросом, и поэтому никак не связана с возможностью получения грантов. Более того, из опубликованного текста никак не следует, что я обуславливаю свою позицию по островам с зарубежным финансированием. Поэтому любые прямые и косвенные утверждения об этом в опубликованном материале не соответствуют действительности.

1) Моя позиции по островам полностью соответствует официально озвученной позиции Владимира Путина и Сергея Лаврова.

2) 3 февраля 2012 года, высказываясь в беседе с японским дипломатом о ситуации в России, я выразил опасение, что именно находящиеся сейчас у власти деятели, боясь ответственности, будут «цепляться за власть, готовы на кровопролитие, на риск дестабилизации».

3) Проставленная на видеосъемке дата «2011.22.10» - монтаж. Реально встреча происходила 3 февраля 2012 года.

4) Видеосъёмка была получена незаконным путём в результате слежки. Её публикация противоречит профессиональной этике журналиста».

Дополняя сказанное в жалобе в прямом обращении к членам ad hoc коллегии, заявитель обратил внимание на то, что в беседе с японским дипломатом он выражал точку зрения по трем позициям, - «и все три раза эта точка зрения была искажена в публикации».

Заявитель утверждал: достоянием публики стал смонтированный вариант видеозаписи его встречи с японским дипломатом. Именно такой вариант был показан в программе «Чрезвычайное происшествие» (НТВ), был обнародован на портале «Сегодня.Ру», на Ютубе, а затем и на сайте «Комсомольской правды».

Относя публикацию такого материала к «пропагандистской, заказной журналистике», заявитель выразил убеждение в том, что журналист в принципе не должен пользоваться «сливами» спецслужб, не должен записывать частные разговоры и не должен производить (воспроизводить) текст, «который с помощью грубого монтажа, что проверяемо, подставляет общественных деятелей».

Заявитель сделал специальный акцент на том, что в публикациях была «полностью искажена работа правозащитного движения». «Что остаётся после прочтения статьи? То, что есть правозащитники, которые ради того, чтобы получать деньги из заграницы, готовы продать Курильские острова, и что это очевидно очень плохие люди. (…) Мне кажется очень важным добиться того, чтобы журналистское сообщество находило в себе силы осуждать пропагандистские материалы, которые из людей, высказывающих оппозиционную точку зрения, делают врагов: страны, отечества; «врагов народа», если переходить в исторически понятную у нас терминологию.

Мы знаем, что означала такая практика в советское время. Но я-то понимаю, что она уже и меня касается – в силу публикации в «КП». Ещё шаг – и нужно то ли судить, то ли посадить, то ли расстрелять человека с неправильным образом мыслей. Мне кажется, что общественное мнение такими публикациями, искажающими правду и представления о справедливости, к этому именно и готовится».

Отвечая на вопросы членов Общественной коллегии, Л.А. Пономарёв пояснил, что основополагающие документы журналистских организаций он рассматривает как своего рода «кодекс чести» журналиста. И что именно отступление редакции «Комсомольской правды» от этого «кодекса» заставило его обратиться к Коллегии с просьбой о том, чтобы дать публичную оценку действиям редакции, опубликовавшей материалы, задевающие честь, достоинство, репутацию заявителя и других общественных деятелей, а также оценить фактический отказ редакции предоставить заявителю право на ответ.

Уточняя содержательную сторону ситуации, сложившейся по факту публикации некой видеозаписи и того, что можно считать её распечаткой на сайте и на полосе «Комсомольской правды» (21.03.2012 г.), Л.А. Пономарёв уточнил: в сказанном им японскому дипломату не было ничего такого, чего бы он не заявлял прежде открыто, находясь в публичном пространстве Российской Федерации.

По утверждению заявителя, сама тема Курильских островов, возникшая в разговоре с японским дипломатом, никак не связывалась им с вопросом о финансировании правозащитных организаций.

Касаясь последнего вопроса, Л.А. Пономарёв пояснил, что правозащитная деятельность в России финансируется фактически только международными, западными грантами. «Для вас это может быть дико, но я, защищая заключенных всей страны, которые ко мне обращаются, борюсь с пытками в колониях России за счет западных (американских) грантов. Я разоблачаю пытки, борюсь, чтобы их не было. Это правда: у нас десятки пыточных зон, где людей убивают, насилуют. 15 лет я этим занимаюсь, остановить не могу. Я сотрудничаю с ФСИН, пытаюсь вместе с его руководством изменить ситуацию. Но сотрудникам своим я плачу деньги за счет западных грантов. Если бы этих денег не было, я бы этого не делал, и десятки людей были бы замучены в наших тюрьмах и колониях». Уточнив, что его организация осенью получила первый грант от Общественной палаты, Л.А. Пономарёв определил масштаб этого гранта как копеечный по сравнению с необходимым. «Поэтому я говорил, что есть правозащитники на Дальнем Востоке, что они работают как волонтеры (правозащитная деятельность это часто – призвание). Но от этого страдают их семьи, во-первых. Во-вторых, в современном мире за правду нужно бороться профессионально. Т.е. знать юриспруденцию, выступать в судах. Профессиональная деятельность означает, что ты целый день работаешь. А при таком варианте нужно получать зарплату, - чтобы кормить семью. На это и идут западные гранты. (…) Так что когда собеседник спросил меня: чем мы можем помочь? – я ответил: вы можете помогать правозащитным организациям на Дальнем Востоке, как это, в принципе, делают многие страны. Швеция, например, в рамке пограничных программ поддерживает на северо-западе России определенные программы; гранты получают экологи, гранты получают правозащитные организации. Это, опять-таки, моя публичная позиция, я озвучиваю её и в России, и где угодно».

По словам заявителя, в сказанном им «не было ни малейшего намека на то, чтобы объединить правозащитную деятельность с “продажей” островов (мы будем агитировать за острова, если вы будете нам платить); это абсолютная фальсификация (…) Эти обсуждения были в разных, даже по времени разнесенных темах разговора. Курилы – это было сказано вскользь. Много позже, когда обсуждалась внутренняя политика, возник вопрос о том, как можно было бы поддержать гражданские организации. Тогда я и говорил о том, что есть, мол, практика разных стран, есть европейские фонды, есть международные, частные европейские и американские фонды». И что Япония также может включаться в число грантодателей.

Поясняя ту часть своего разговора, которая касалась внутренней ситуации в России, в частности, российской оппозиции, заявитель подчеркнул, что его позиция в обнародованной видеозаписи была искажена грубым монтажом. «Говорилось о том, что напряжение на улицах достигает предела, и в какой-то момент может пролиться кровь на улицах Москвы. Я говорил, что власть может пойти на развитие репрессий и на кровь. После этого был вопрос: а как Вы думаете, может ли кто-то руководить страной? Я ответил, что в оппозиции очень много людей, имеющих государственный опыт (и назвал фамилии Немцова и еще нескольких человек)». В результате монтажа в записи, выложенной на сайты, получившей выход в телеэфир и воспроизведенной «Комсомольской правдой», слова «может пойти на кровь» стали относиться уже не к власти, а к оппозиции. «Я разговаривал после публикации с Борисом Немцовым. Немцов сказал: мы понимаем, что такого ты не мог наговорить. Но вообще-то показанное (если не знать, что речь о смонтированном) означает удар, потерю личной и общественной репутации: в моей, правозащитной среде, прежде всего, но не только в ней».

Оценивая сам факт появления в СМИ (по сведениям заявителя – сначала на сайте информационно-аналитического сетевого издания «Сегодня.Ру», 01.03.2012 г., а не на Ютубе, ссылку на который дала «Комсомольская правда») записи, которая велась «непонятно кем: возможно – спецслужбами, но, может быть, досужими журналистами», заявитель повторил, что считает и саму запись, и вброс её в информационное пространство, «вторжением в частную жизнь»,

Проинформировав Коллегию о том, что по этому поводу он написал в Генеральную прокуратуру (этот факт зафиксирован и в подверстанном к публикации «Вы нам иены…» тексте А. Гришина «Звонок ‘герою” видеоролика»), Л.А. Пономарёв выразил убеждение, что журналист «не должен использовать слив информации, касающейся частной жизни, обнародовать тайную запись, кем бы она ни была сделана».

Отвечая на вопросы о том, действительно ли имел место звонок «“герою” видеоролика» и пыталась ли редакция по телефону перепроверить у заявителя перед публикацией материала «Вы нам иены…» что-либо, кроме того, по чьей конкретно инициативе проходила его встреча с японским дипломатом, Л.А. Пономарев заявил, что всем звонившим ему после появления видеоролика на сайте он говорил, что это всё ложь, и что он уже написал в Генпрокуратуру. Но среди тех звонков точно «не было такого, когда бы позвонивший представился и сказал: мы готовим такой-то материал и хотели бы уточнить Вашу позицию».

Общественная коллегия ознакомилась с публикациями Александра Гришина, ставшими предметом информационного спора.

 

С учетом всего изложенного выше Общественная коллегия приняла следующее решение.

 

РЕШЕНИЕ

1. Общественная коллегия по жалобам на прессу исходит из того, что анализ и оценка взглядов Л.А. Пономарёва и выражения этих взглядов в личных беседах с кем бы то ни было, в том числе, с иностранными дипломатами, не относится к её компетенции.

2. Общественная коллегия выражает сожаление в связи с позицией, занятой по отношению к данному информационному спору редакцией газеты «Комсомольская правда».

Отсутствие реакции газеты на приглашение к участию в рассмотрении настоящего информационного спора лишило и участников заседания Коллегии, и читателей «Комсомольской правды», и большое число граждан, заинтересованных в становлении в России сильного, полноценного гражданского общества, возможности услышать точку зрения другой стороны конфликта, получить из первых рук представления о фактах и аргументах, связанных с публикацией на сайте и на газетных полосах материалов, ставших предметом рассмотрения Коллегии, а равно и получить ответы на вопросы оставшиеся в итоге не заданными.

3. Одним из не заданных остался вопрос о том, какими именно ценностями, принципами, нормами руководствуются журналисты самого массового издания страны при отборе, редактировании и публикации заведомо конфликтных или способных обнаружиться таковыми текстов. Поскольку ничего подобного редакционному кодексу «Комсомольской правды» в пространстве, доступном обозрению членов Коллегии и её экспертов, обнаружить не удается, Коллегия полагает полезным напомнить один из выводов своего Решения по информационному спору, стороной-заявителем в котором выступало ФГУП РАМИ РИА-«Новости» (Решение №72): «Коллегия полагает весьма желательным, чтобы основные принципы и правила, представления о базовых ценностях и об этических нормах, которыми обязаны руководствоваться сотрудники конкретного СМИ, оказывались доступны и его аудитории, - например, через размещение на официальном сайте соответствующего СМИ».

4. Коллегия исходит из того, что сам по себе факт существования общенационального органа медийного само- и сорегулирования, а равно и приглашение со стороны такого органа к участию в рассмотрении информационного спора, касающегося конкретной публикации или серии публикаций СМИ, не обязывает редакцию, подготовившую эти публикации, принимать приглашения автоматически, в силу факта их поступления.

Безоговорочно признавая и уважая редакционную независимость и как принцип, и как рабочий подход, позволяющий поддерживать и реализовать свободу выражения мнения в демократическом государстве, Коллегия, вместе с тем, обращает внимание всех заинтересованных сторон и лиц на ряд обстоятельств, заслуживающих внимания в данном информационном споре.

Анализ списка таких споров, рассмотренных Коллегией с 2005 года, позволяет отличать по внутренней логике случаи, когда редакция «Комсомольской правды» принимала участие в рассмотрение информационных споров, связанных с публикацией ею текстов, от случаев, когда редакция предпочитала отмолчаться в ответ на информацию о споре, принятом к рассмотрению. Как представляется, modus operandi редакции всегда определялся достаточно выверенным представлением о том, чем именно может обернуться тот или иной информационный спор, выиграет ли редакция репутационно от публичного участия в его рассмотрении. Именно выборочность подхода к спорам, связанным с конкретными текстами, даёт основание предполагать, что те лица в редакции, которые отвечают за отбор материалов к публикации, как правило, знают, что именно и в силу каких причин (когда речь идет о материалах, отступающих от журналистских ценностей, принципов и норм) они публикуют.

Коллегия полагает, что редакция СМИ, ощущающего себя общенациональным, формирующим если не «повестку дня» страны, то представление о ней, картину прошлого и образ желаемого будущего у миллионов соотечественников, очевидно, способна отличить информационный спор, в основе которого лежит общественный интерес, от спора скорее частного по характеру. И что уклонение такой редакции от участия в рассмотрении спора, представляющего выраженный общественный интерес, трудно признать поведением профессиональным, соответствующим честной и ответственной редакционной политике.

Сказанное тем более относится к той категории информационных споров, в которых общественный интерес, подкрепляемый и защищаемый правом каждого на свободу выражения своего мнения, зафиксированным в ч.1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ), обнаруживает драматическое столкновение конкретных позиций, перечисленных в ч.2 ст. 10 ЕКПЧ, предусматривающей гипотетическую возможность ограничения этого права. Напомним, что речь в ч.2 ст. 10 ЕКПЧ идёт о таких позициях, как интересы национальной безопасности, территориальной целостности или общественного спокойствия, как цели предотвращения беспорядков и преступлений, защиты здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, защиты

информации, полученной конфиденциально, как обеспечение авторитета и беспристрастности правосудия.

5. Полагая рассматриваемый информационный спор относящимся именно к этой, заведомо сложной (объективно, но также и с позиции массового восприятия) категории споров, проявляющих, в том числе, различные прочтения общественного интереса, Коллегия считает практически полезным опыт отделения - на конкретном примере публикации «Вы нам иены…» - профессионально допустимого от признаваемого профессионально недопустимым в современной журналистике, в том числе, российской.

Коллегия исходит из того, что ответственный сотрудник редакции газеты «Комсомольская правда», подготовивший материал «Вы нам иены…», безусловно, имел право на выражение личной точки зрения, личной позиции в публикации за своим именем, и что редакция имела право на получение информации доступным ей (но при этом не расходящимся с буквой закона) способом.

Коллегия напоминает, однако, что этапы сбора информации и подготовки материала журналистом заканчиваются там, где реальностью становится фигура пользователя информации. С наступлением этапа распространения массовой информации, в силу вступают определенные, достаточно жесткие профессиональные принципы, нормы и правила поведения.

Не получив возможности задать вопросы Александру Гришину, Коллегия не имеет определенного ответа на существенный вопрос: является ли автор публикации «Вы нам иены…» членом Союза журналистов России.

Утвердительный ответ на этот вопрос означал бы, что журналист Гришин в момент опубликования своего текста нарушил целый ряд основополагающих принципов и норм Кодекса профессиональной этики российского журналиста (далее - КПЭРЖ), первый пункт которого гласит: журналист (именно член Союза журналистов России) «всегда обязан действовать, исходя из принципов профессиональной этики, зафиксированных в настоящем Кодексе, (…) соблюдение которого является непременным условием для его членства в Союзе журналистов России».

В том случае, если Александр Гришин является членом СЖР, читатель его публикации имеет право знать, что автор рассматриваемой публикации повернулся спиной к п.п. 3, 5 и 9 КПЭРЖ, согласно которым:

«Журналист распространяет и комментирует только ту информацию, в достоверности которой он убежден. Он прилагает все силы к тому, чтобы избежать нанесения ущерба кому бы то ни было ее неполнотой или неточностью, намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений.

Журналист четко проводит в своих сообщениях различие между фактами, о которых рассказывает, и тем, что составляет мнения, версии или предположения, в то же время в своей профессиональной деятельности он не обязан быть нейтральным. (…)

Убедившись в том, что он опубликовал ложный или искаженный материал, журналист обязан исправить свою ошибку, используя те же полиграфические и (или) аудиовизуальные средства, которые были применены при публикации материала. При необходимости он должен принести извинения через свой орган печати. Журналист отвечает собственным мнением и репутацией за достоверность всякого сообщения и справедливость всякого суждения, распространенные за его подписью, под его псевдонимом или анонимно, но с его ведома и согласия. Никто не вправе запретить ему снять свою подпись под сообщением или суждением, которое было бы частично искажено против его воли». (Все – п. 3 КПЭРЖ).

«Журналист полностью осознает опасность ограничений, преследования и насилия, которые могут быть спровоцированы его деятельностью. (…)

Журналист уважает честь и достоинство людей, которые становятся объектами его профессионального внимания. (…)

Журналист придерживается принципа, что любой человек является невиновным до тех пор, пока судом не будет доказано обратное». (Всё – п. 5 КПЭРЖ.)

«Журналист отказывается от задания, если выполнение его связано с нарушением одного из упомянутых выше принципов». (п.9 КПЭРЖ.)

6. Оставляя открытым вопрос о том, относятся ли приведенные нормы к г-ну Гришину напрямую (в случае его членства в СЖР) или же могут быть рекомендованы ему в качестве повседневного ориентира на будущее, Коллегия считает необходимым публично обозначить ряд серьезных, в том числе – прямо противоречащих основам честной журналистики ошибок, допущенных при публикации текста «Вы нам иены» редакцией газеты «Комсомольская правда».

Первую из таких ошибок представляет сам факт использования (и для повторной публикации на сайте газеты, и в качестве основы для текстового материала за подписью А. Гришина) видеоматериала неизвестного происхождения, но определенно диффамационного, порочащего характера.

Коллегия обращает внимание на то, что видеоматериал, размещенный на сайте газеты, а затем широко процитированный в тексте «Вы нам иены…», относится к категории подготовленных с использованием скрытой аудио- и видеозаписи, т.е. специально регламентируемых и российским законом «О средствах массовой информации», и рядом профессионально-этических документов.

Коллегия обращает внимание на то обстоятельство, что в данном случае вступили в противоречие (формально, по крайней мере) две нормы ст. 50 Закона РФ «О средствах массовой информации». Согласно одной из них, распространение сообщений и материалов, подготовленных с использованием скрытой записи, допускается, «если это не нарушает конституционных прав и свобод человека и гражданина». Согласно другой – допускается, «если это необходимо для защиты общественных интересов».

Коллегия готова предположить, что с фактом публикации видеоролика редакция газеты связывала мотив «защиты общественных интересов». Если это даже и так, то сам факт появления публикации Вы нам иены…», во-первых, показал, что понятия «общественный интерес» и «правозащитное движение» (неотделимые от понятий «репутация правозащитника» и «доброе имя правозащитной организации) редакцией «Комсомольской правды» разводятся на не просто большую, но запредельную для демократий дистанцию. И, во-вторых, обнаружил, что в ситуации профессионального затруднения правового характера (конфликт позиций в норме закона) редакция, как минимум, упустила возможность обращения за помощью в выборе профессионально верного поведения к сфере журналистской этики. Конкретно - не посчитала нужным свериться с положениями ни того же Кодекса профессиональной этики российского журналиста, ни Декларации о принципах честной работы в жанрах судебного очерка и репортажа, а также журналистского расследования Гильдии судебных репортеров.

7. Коллегия настоятельно рекомендует журналистам и редакциям, рассматривающим возможность публикации документов и материалов неизвестного или же не установленного доподлинно происхождения (и, в том числе, относящихся к категории полученных «с использованием скрытой записи»), обратить внимание на подход, дух, а также и конкретные нормы Декларации Гильдии судебных репортеров. Относящаяся формально (обязательность следования) только к членам Гильдии, эта Декларация задаёт ряд простых, но при этом замечательно точных ориентиров для тех, кто, находясь в ситуации затруднённого профессионально-морального выбора, ищет из такой ситуации выход честный и собственно профессиональный: соответствующий доброму имени конкретного журналиста – и работающий на репутацию представляемого им СМИ. Вот наиболее важная для данного информационного спора сумма подходов и технологий Декларации Гильдии:

«Мы исходим из презумпции добропорядочности всех лиц, чьи имена и поступки мы делаем достоянием гласности. Для любых обвинений, опровергающих презумпцию добропорядочности в отношении того или иного лица или группы лиц, требуются веские аргументы.

Мы в принципе стремимся избегать обвинений в чей-либо адрес, предпочитая не утверждать, а задавать вопросы по поводу известных нам фактов (…)

Мы вправе работать с «утечками» информации, которые получаем на уровне личных контактов от органов дознания, следствия или со стороны защиты. Но мы не считаем возможным публиковать такую информацию в одностороннем порядке без проведения журналистского расследования. (…)

Любое лицо, которое становится объектом нашей критики, имеет право изложить свою точку зрения, как правило, до передачи материала в печать или эфир. В случаях особой политической значимости, когда утечка информации о предстоящей публикации может угрожать ее судьбе, мы считаем себя вправе перепроверять известные нам сведения с помощью косвенных источников».

Коллегия полагает полезным здесь же, встык с российским ценностно- нормативным подходом, воспроизвести ценностно-нормативный подход, характерный для современной европейской журналистики, - в данном случае, каким он закреплен в ряде пунктов Резолюции 1003 (1993) О журналистской этике (ПАСЕ).

«(…) Журналистике не следует искажать достоверную, беспристрастную информацию или честное мнение, а также использовать их в интересах СМИ или для формирования и обработки общественного мнения, так как ее легитимность основывается на действительном уважении фундаментального права граждан на получение информации, что является проявлением уважения к демократическим ценностям. В связи с этим действующие в рамках закона журналистские расследования (…) несовместимы с журналистскими кампаниями, проводимыми на основе заранее определенных позиций или особых интересов.

В журналистике представляемая информация и мнения должны уважать презумпцию невиновности; в особенности это касается дел, находящихся в процессе судопроизводства, и журналистам необходимо избегать высказывать свое суждение.

Необходимо уважать право личности на частную жизнь. Лица, занимающие видное общественное положение, имеют право на защиту своей частной жизни, за исключением тех случаев, когда их частная жизнь может отразиться на их общественной жизни. Тот факт, что человек занимает видное общественное положение, не лишает его права на уважение его частной жизни. (…)

В журналистике цель не оправдывает средства, поэтому информация должна добываться законными путями в соответствии с требованиями этики».

8. Коллегия обращает внимание на то, что при подготовке материала «Вы нам иены…» автор и редакция либо не предпринимали усилий для того, чтобы определить происхождение, в том числе, первоисточника, и проверить на чистоту тиражируемый газетой и её вэб-сайтом видеоматериал, либо не посчитали нужным сообщить о результатах такой проверки посетителям вэб-сайта и читателям «Комсомольской правды». Пользователи, напомним, именно от и через СМИ и журналиста получили текст, предполагаемый (по факту получения через самое тиражное в стране издание - и без предупреждающей маркировки) добросовестным воспроизведением установленных фактов и достоверных сведений.

Поступив так, как она поступила, т.е. «попросту» воспроизведя анонимный видеоматериал, редакция, по сути, переложила на себя ответственность за возможное введение своей (и не только своей, учитывая эффект гипертекста) аудитории в заблуждение: не суть важно - непреднамеренное или же просчитанное, рассчитанное на определенный результат теми, кто осуществил и распространил через российские медиа определенно не санкционированную (произведенную без решения суда) видео- и аудиозапись беседы правозащитника с японским дипломатом. Как результат - миллионы читателей «Комсомольской правды» и пользователей её сайта по факту оказались заложниками игры «разоблачи врага», в которую их втянули предложенными, предоставленными в распоряжение газетой изображением и текстом определенного характера.

Коллегия убеждена в том, что снять угрозу вовлечения – по доверию к газете – своей аудитории в заведомо чужую «игру» (снимая одновременно и риск переложения на себя чужой ответственности), «переформатировать» заведомо не журналистские «правила» этой «игры», редакция не просто могла, но была обязана: следуя профессиональным стандартам, принятым в журналистике. Выше говорилось о нормах журналистских кодексов, позволяющих ориентироваться в сложных ситуациях. Здесь же речь - исключительно и только об «азах» профессионализма в прессе: об исключении односторонности, предвзятости информирующего о фактах или событиях; об отделении факта от мнения или домысла; о предоставлении слова стороне, подвергаемой публичной критике, конкретному человеку, репутация которого подвергается сомнению, и т.д.

То, что сотрудник редакции, позвонивший Л.А. Пономарёву, не задал ему ни одного содержательного вопроса (даже и после получения от собеседника информации об обращении в Генеральную прокуратуру по факту публикации видеоматериала), - лишнее свидетельство и без того явного: редакцией был осознанно выбран и использован подход, далёкий от защиты интересов читателя и предохранения его от возможного введения в заблуждение. Именно потому факт обращения в прокуратуру известного правозащитника, определенного в «”герои” публикации», не остановил самой публикации. Именно потому этот факт не внес в авторский текст даже и тени сомнения в подлинности видеоролика, не породил реплики, способной подстраховать читателя, предостеречь его от превращения в «слепую корову», в жертву предложенных ему в качестве достоверных сведений и предполагаемых установленными обстоятельств.

По мнению Коллегии, речь в данном случае идет не о промахе опытного журналиста, но об определенной редакционной политике: предполагающей в известных ситуациях сознательный отказ от попыток докопаться до истины, допускающей замену добросовестного исследования текстом, рассчитанным на заранее заданный, срежиссированный результат. Позволяющей, когда это представляется оправданным или выгодным, вместо публичного признания ошибки и принесения личных или редакционных извинений задетому публикацией продолжать или даже наращивать начатую против него кампанию.

9. Примером такой редакционной политики может быть признана и конкретная ситуация с публикацией А. Гришина «”Кукол дергают за нитки”*» («Комсомольская правда», вэб-сайт «КП», 28.03.2012 г.).

Коллегия по формальным причинам не может признать обоснованным вывод Л.А. Пономарёва о «прямой лжи и диффамации» в той части текста этой публикации, в которой автор возвращается к основной теме публикации «Вы нам иены…». Причина – расхождение предполагаемых аутентичными фрагментов жалобы заявителя и предоставленной им Коллегии в подтверждение своих слов копии «Претензии…» от 23.03.2012 г.

Выдержка из публикации «”Кукол дергают за нитки”*», цитируемая в жалобе: «На днях Пономарев прислал в редакцию письмо: требует сатисфакции за публикацию его переговоров с японским дипломатом. Говорит, что запись в одном месте смонтирована, и он говорил, что на кровь способна власть, а не его соратнички. И что встреча происходила в феврале нынешнего года, а не в октябре прошлого, как обозначено на ролике. Но вот факта предложений «острова - иены» не опровергает».

Текст фрагмента жалобы, непосредственно примыкающий к цитате: «Эта последняя фраза полностью не соответствует действительности, поскольку в тексте полученной редакцией 23 марта 2012 г. претензии, получение которой подтверждено редакцией, дословно сказано: “Из опубликованной расшифровки стенограммы подслушанной беседы меня с японским дипломатом никак не следует установление зависимости между моей позицией о необходимости соблюдения Россией обязательств по Советско-японской декларации 1956 года, предусматривающей (статья 9) “передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан” и рекомендацией Японскому правительству об оказании помощи российским неправительственным организациям. Таким образом, я именно опровергал то, что было названо редакцией “Комсомольской правды” предложение “острова – иены”.

Таким образом, редакция “Комсомольской правды” полностью проигнорировала факт того, что я опровергал утверждения о якобы сделанном мною предложении организовать общественную поддержку выполнения Декларации 1956 года в обмен на японскую финансовую помощь своей организации или любым другим или без этого».

Сопоставление данной части жалобы с текстом копии «Претензии…» показывает, однако, что п.3 «Претензии…», начинающийся утверждением: «содержит диффамацию, поскольку из опубликованной расшифровки стенограммы подслушанной беседы… никак не следует установление зависимости между моей позицией о необходимости соблюдения Россией обязательств по Советско-японской декларации 1956 года, предусматривающей… (далее – выдержка из декларации), не имеет приведенного в жалобе завершения: «…и рекомендацией японскому правительству об оказании помощи российским неправительственным организациям».

В тексте «Претензии…», полученном Коллегией, п.3 завершается выдержкой из ст. 9 цитируемого заявителем советско-японского документа: «При этом Союз Советских Социалистических Республик, идя навстречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Сикотан с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения Мирного Договора между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией».

Коллегия не знает, какой именно вариант «Претензии…» (полагаемый Л.А. Пономарёвым «оригиналом» - или же «с изъятием», т.е. совпадающий с тем, которым располагает Коллегия) был направлен редакции «Комсомольской правды».

В любом случае, однако, понятно, что предложение, содержащее утверждение «никак не следует установление зависимости между моей позицией…», представляет собой форму несогласия со сказанным в конкретном материале: даже и в том случае, если несогласие это обнаруживается по факту, по языковой логике текстуально оборванным, незавершенным предложением.

Тот факт, что редакция, получившая 23 марта претензию по части конкретного, заведомо скандальнго текста известной правозащитной организации, не только не пытается срочно связаться с «”героем” публикации», чтобы задать ему вопрос по части незавершенного предложения, но демонстративно повторяет в публикации от 28 марта (с моральным «отягощением» ситуации, с ложной констатацией мнимого молчании Л.А. Пономарёва по базовому пункту «обвинения») диффамационный проброс (не вывод!), ставший заголовком первой публикации, заслуживает специальной оценки. Как представляется, именно появление второго материала – как бы совсем о другом, но с возвращением в этом другом к теме правозащитной деятельности как опасной для России, режиссируемой издалека и подрывающей устои нашего общества, - даёт основание утверждать: в рассматриваемом Коллегией случае речь идет о псевдоинформационной по характеру и пропагандистской по смыслу кампании: имеющей конкретную направленность и, надо полагать, четкие, хотя и не декларируемые инициаторами, не предъявляемые публике цели.

10. Учитывая сказанное выше, Коллегия полагает полезным напомнить, что «канон» агитпропа советских времен является не единственным известным в истории - и очевидно не последним в историческом ряду.

Не переоценивая угрозы его спонтанного воспроизведения в современной России (тем более - в близкой к прежней, узнаваемой форме), Коллегия напоминает о возможности «втягивания» в режим, мало отличающийся от «агитпропного», СМИ с постепенно выходящими из под гражданского контроля медиакратическими установками.

В этой связи Коллегия полагает полезным воспроизвести подряд две позиции, разнесенные в европейском документе - упоминавшейся выше Резолюции 1003 (1993) О журналистской этике, - по разным разделам, но заслуживаюшие того, чтобы постоянно удерживаться в поле зрения и российского общества, и российских медиапрактиков.

«(…) Мы должны укреплять гарантии свободы самовыражения журналистов, поскольку они в последней инстанции должны выступать в качестве главных источников информации».

«Было бы неправильным, исходя из важности роли информации, делать вывод о том, что СМИ в действительности отражают общественное мнение или что они должны взять на себя некоторые специфические функции государственной власти или общественных институтов образовательного или культурного характера, таких, как школы.(…) Это могло бы привести к превращению СМИ в своего рода власть или антивласть («медиакратия»), тем более если они не будут представлять граждан и подчиняться такому же демократическому контролю, как государственная власть, и не будут обладать специальными знаниями соответствующих учреждений культуры и образования».

Исходя из постулата «презумпция достоинства профессионалов», Коллегия выражает осторожную надежду на то, что и пункты данного Решения, и (только что) вышеприведенные позиции европейского документа, отражающие гражданско-профессиональный подход к повседневности и затруднениям современного общества, неразрывно связанного с современными медиа, будут услышаны и приняты не просто к сведению, но к оценке и размышлению редакцией газеты «Комсомольская правда».

11. Учитывая то обстоятельство, что редакция газеты «Комсомольская правда» уклонилась от участия в рассмотрении настоящего информационного спора и не приняла на себя обязательств, связанных с подписанием и исполнением Соглашения о признании профессионально-этической юрисдикции Общественной Коллегии, Коллегия освобождает Л.А. Пономарёва, исполнительного директора ООД «За права человека», от всех обязательств, добровольно принятых на себя заявителем при подписании аналогичного Соглашения.

12. Общественная коллегия просит:

редакции журналов «Журналист» и «Информационное право» - опубликовать состоявшееся решение Общественной коллегии;

Факультет журналистики МГУ им. М.В.Ломоносова, а также факультеты журналистики других вузов – обсудить состоявшееся решение Общественной коллегии со студентами, изучающими профессиональную этику;

Комиссию Общественной палаты Российской Федерации по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в средствах массовой информации – принять к сведению состоявшееся решение Общественной коллегии.

 

Настоящее решение принято консенсусом.

Председательствующий -

Юрий Казаков

 

 

Подать жалобу

Укрепление негативных стереотипов, искажение высказываний, изложение несуществующих фактов, сокрытие истинной информации, необоснованное обвинение, публикация за взятку или взятка за непубликацию - жалуйтесь, если ваши права были нарушены, а интересы ущемлены прессой!

«Черная метка» СМИ

В практике Коллегии так называется письменное уведомление СМИ о поступившей жалобе на его материалы

Редакция СМИ вправе не реагировать на данное уведомление, однако ее ответ или участие в заседании демонстрирует высокий уровень профессиональной культуры и повышает градус доверия к нему со стороны общества. Мы ведем список всех СМИ, на которые поступали жалобы, фиксируем наиболее частых нарушителей и тех, кто игнорирует правила и принципы саморегулирования СМИ.

Посмотреть список СМИ