Мнение эксперта Шайхитдиновой С.К. - Страница 6

Оглавление

 

Мнение эксперта С.К. Шайхитдиновой

о фильме «Скопинский маньяк: разговор на свободе»

Мнение  резюмирует итоги проведенного исследования.

Эксперт-исследователь: Шайхитдинова Светлана Каимовна, профессор кафедры национальных и глобальных медиа Высшей школы журналистики и медиакооммуникаций  Казанского (Приволжского) федерального университета, профессор, д.филос.н.;  к.филол. н. по специальности «журналистика»;  стаж работы в практич. жур-ке – 6 лет;   опыт производства экспертных заключений по конфликтным текстам массовой информации – с 1997 года.

Время и место проведения исследования:  28 марта-7 апреля  2021,  г.Казань.

Лицо, назначившее проведение исследования: Юрий Венедиктович Казаков,  сопредседатель Общественной коллегии по жалобам на прессу (г.Москва).

Материалы, предоставленные эксперту:

- обращение  в Общественную коллегию по жалобам на прессу Фенелоновой-Соломиной Александры Борисовны (от имени редакции фемжурнала "9 марта");

-  фильм «Скопинский маньяк: разговор на свободе»   URL:  https://www.youtube.com/watch?v=DDFCtXuRt00

Вопросы, поставленные перед экспертом:

  1. Содержатся ли в фильме «Скопинский маньяк: разговор на свободе» сведения, нарушающие принципы профессиональной этики журналиста, а именно, справедливо ли указание заявителя, 

- что фильм «наносит моральный вред, уже пострадавшим от него женщинам - Кате Мартыновой и Лене Самохиной, а также их родным, которые считали несколько лет своих детей, пропавшими без вести»;

- что «сообщение Ксении в интервью с Екатериной, что Мохов хотел ее убить»  «было сделано только ради того, чтобы увидеть и запечатлеть ее реакцию. О том, что девушке наносится дополнительная психологическая травма, журналисткой не было принято во внимание»;

- что «часовое интервью с человеком, который похищал и насиловал женщин, это фактическая поддержка таких действий и провокация других подобных преступлений» ?

  1. Содержатся ли в фильме «Скопинский маньяк: разговор на свободе» иного рода сведения, которые нарушают профессиональную этику журналиста?
  2. Если «да», то в каких фрагментах текста?

 

Методология исследования базируется на теории журналистики, на социологии  массовой коммуникации, на теории социальной ответственности СМИ.  

Характеристика объекта исследования

Фильм «СКОПИНСКИЙ МАНЬЯК: разговор на свободе» размещен на  Youtube,  длится вместе с рекламой 1 час 6 минут. В основу положено взятое в марте 2021 года интервью Ксении Собчак с Виктором Моховым,  вышедшим на свободу после 17 лет тюрьмы за похищение,  насильственное удержание в течение четырех лет и насилование двух девушек. В качестве интервьюируемых выступают также следователь по особо важным делам  Дмитрий Плоткин, одна из жертв насильника Катя Мартынова, женщина, под дверь  которой насильником  был подкинут ребенок, рожденный в заточении другой жертвой – Леной Самохиной (с женщиной разговаривал Плоткин). Ряд высказываний Мохова в интервью комментирует за ноутбуком    независимый эксперт Анна Кулик.  

В фильме использованы, судя по всему,  кадры оперативной видеосьемки 2004 года, сделанной в момент обнаружения места заточения пленниц и их самих. Использованы также общие планы города Скопин, где все происходило, снятые с квадрокоптера, крупные планы Мохова, репортажная съемка в его доме, а также во дворе, в месте, где находился вход в бункер под его гаражом, репортажные кадры посещения Моховым могилы матери,  видеокадры из подъезда, куда был им подкинут один из двух рожденных от него младенцев.

Фильм средствами кинодокументалистики решает ряд творческих задач. С нашей точки зрения, с помощью монтажа, характерных акцентных деталей (работа оператора), выстроенных мизансцен, не навязываемой, но  угадываемой позиции интервьюера, содержательных комментариев эксперта и т.д. удалось обеспечить ощущение законченного художественно-публицистического произведения.    

 

Выводы исследования

Вывод 1

В фильме «Скопинский маньяк: разговор на свободе» поднята актуальная тема – обыденность зла и что с нами, людьми, происходит. В фильме нет на этот счет никаких высказываний,  ни в кадре, ни за кадром, - тема  профессионально представлена  средствами художественной выразительности кинодокументалистики. В этом – в отсутствии назидательности  - видится его убедительность   для современного зрителя. Одно из социальных выражений темы обыденности зла – проблема  бытового насилия.

Пояснение

Оценка «часового интервью с человеком, который похищал и насиловал женщин»   как «фактической поддержки таких действий и провокации других подобных преступлений» не может осуществляться в отрыве от задачи, которая ставилась интервьюером, съемочной командой, а также в отрыве от полученного результата. Получился фильм - законченное произведение, - которое в том числе эстетическими (не всегда проговариваемыми) способами ставит и решает сложные задачи на злобу дня.

 Само намерение взять интервью «с этим человеком» не является предосудительным. Добыть информацию «из первых уст» (без предварительной оценки «этического качества» этих «уст») всегда относилось и относится к доблести журналистской профессии.   

Является ли документальное воспроизведение портрета зла провоцирующим для повторения зла – вопрос, на который медиаисследователи отвечают со ссылкой на сложный характер отношений между зрительским экраном и поступками людей. Поведение последних зависит, скорее,  от общих характеристик медиасреды [2].

Одно из социальных выражений  обыденности зла – бытовое насилие. СМИ, без предупреждения использующие в своих сюжетах документальные видеокадры из интернета о реальных фактах насилия и «бытовой» агрессии, наносят этим документализмом больший вред психике зрителя, нежели сведения подобного ряда, представленные в контексте  продуманного художественно-публицистического произведения.

 

Вывод 2

Фильм «Скопинский маньяк: разговор на свободе» состоялся как художественно-публицистическое произведение, с нашей точки зрения, благодаря тому, что образ насильника как «недоличности» оказался в тени личности Кати Мартыновой. Она, по сути, и является героиней фильма.  Ее полные внутренней силы высказывания в интервью, ее история борьбы за жизнь во время заточения  и дальнейшее психологическое  восстановление общественно значимы, что, по нашему мнению, снимает вопрос о нанесенном фильмом моральном вреде девушкам. 

Пояснение

Фильм перед началом предупреждает зрителя о том, что «это видео может оказаться неприемлемым для некоторых пользователей».  Зрителю предоставлена возможность отдельным кликом самому сделать выбор,  продолжать ли просмотр.

Большая часть использованных в фильме сведений (кроме высказываний в интервью) носит вторичный характер, то есть многое выведено в публичное пространство до этого. Так,  в статье о Мохове в Википедии [«Ви́ктор Васи́льевич Мо́хов (род. 22 июня 1950 года, СкопинРязанская область, РСФСР) — российский преступник, похитивший…»] перечисляется пять форматов массовой информации по заданной теме предшествующих интервью Собчак:

- В 2006 году о преступлениях Мохова был снят документальный фильм из цикла «Криминальная Россия», получивший название «Право на надежду».

- Документальный цикл «Честный детектив» — «Пленницы подземелья».

- Одна из серий цикла документальных фильмов «Цена любви» — «Подземный монстр».

- В 2017 году опубликована книга Екатерины Мартыновой «Исповедь узницы подземелья», в которой она делится воспоминаниями о пережитых событиях.

- Книга Карстэна Граффа «Непобеждённая» [5].

Интервьюер сочувствует Кате Мартыновой, из  уст героини  мы слышим важную для концептуальной идеи фильма информацию о создании  Фонда помощи женщинам, пострадавшим от насилия, о том, что «молчать это значит, смириться» (57 минута) . В этом контексте образ второй девушки  - Лены Самохиной, которая предстает как не оправившаяся от страшных обстоятельств, потерявшая двоих детей  жертва, - вызывает новую волну сочувствия.    

Вывод 3

Одна из творческих задач интервью Ксении Собчак видится в том, чтобы в диалогах состоялось самораскрытие собеседников. Для этого, с нашей точки зрения,  в ряду различных приемов диалога использован  провокативный  сюжет  о намерении насильника избавиться от девушек. Наличие данного сюжета  видится уместным.

Пояснение

«Сообщение Ксении в интервью с Екатериной, что Мохов хотел ее убить» на позициях  общечеловеческой морали выглядит некорректным, однако, с нашей точки зрения, наличие данного эпизода в диалоге с Катей Мартыновой продиктовано не тем (не только тем), чтобы  «увидеть и запечатлеть ее реакцию».

Как справедливо указывает в первые десять минут фильма независимый эксперт Анна Кулик, разговор с насильником Моховым происходит как бы на разных языках – ему недоступен язык эмоций и чувств: «скромный, простенький, сексуально озабоченный, гедонистический, мало эмоциональный, «неинтеллектуальный» (третья минута фильма).  Речь насильника  выдает даже не деградировавшую личность, а ее недоразвитость  в  человеческом  плане.

При этом слова используются им те же, что люди используют в обыденном общении – «я всегда радовался успехам девочек», «вся страна знает», «мои чувства к ней не охладели» и т.п. Мохов подобно любому другому человеку  рассуждает  о любви, об отношениях мужчины и женщины, о семье, о матери,  о падении нравов в обществе и т.п. На любой вопрос у него есть клише ответа.  Неоднократно в фильме указывается, что Мохов был «передовиком производства», «ударником коммунистического труда», «членом партии».  То есть маркеры «нормальности» у  персонажа соответствуют      принятой в  современном дегуманизированном  обществе  культурной норме. Появляется  ощущение, будто воссоздается некая сюрреалистическая реальность, непробиваемая  разговорами «об обычном».  Как ее пробить в ходе интервью, - задача, решение которой неоднозначно.

 Если говорить о фильме в целом,  Мохов раскрывает себя в деталях, понять его помогают и профессиональные наблюдения эксперта, и оперативная съемка освобождения девушек, и рассказ Кати Мартыновой. Однако для массового зрителя необходимы  и прямые указатели, что перед нами – насильник, недоличность.  В этой связи оправдан, на наш взгляд, сюжет о его преступных намерениях  «залить подвал бетоном и забыть», «удушить веревкой». Тему возможного убийства поднимает следователь Плоткин, Мохов ее развивает. Пересказ интервьюером ответа Мохова Кате Мартыновой с необходимостью выводит диалог с ней из сконструированного насильником  дискурса «бытовых отношений» - «покупал ей краски», «спинку мыл» в криминальную реальность отношений преступника и жертвы. При этом мы не услышали угрозы в этом сюжете. Речь об отношении «недоличности» к людям, к их жизни.

Краткий ответ на поставленные вопросы:  

В   фильме «Скопинский маньяк: разговор на свободе»    сведения, которые нарушали бы профессиональную этику журналиста, не обнаружены.

Список использованной литературы и источников:

  • Баранов В.Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика. М., 2009.
  • Брйант Д., Тмпсон С. Основы воздействия СМИ. М., СПб, Киев. – 2004.
  • Кодекс профессиональной этики российского журналиста // URL: []http://docs.cntd.ru/document/901854413
  • Медиаэтический стандарт / URL: https://presscouncil.ru/teoriya-i-praktika/dokumenty/4756-mediaeticheskij-standart-2015
  • Мохов, Виктор Васильевич / Википедия / URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/
  • Профессиональная этика журналиста: Документы и справочные материалы / Под ред. Ю.В.Казакова. М., 2004.
  • Шайхитдинова С.К. «Алиби» профессора, который не пожелал бы стать этичным в прикладном смысле / Этика профессора: «вне-алиби-бытие». – Ведомости. Вып.39 / Под ред. В.И.Бакштановского, В.В.Новоселова. – Тюмень, НИИ ПЭ, 2011. – С.110-126

 

Подать жалобу

Проект реализуется при поддержке Фонда Президентских грантов, единого оператора грантов Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества

Сайт Фонда президентских грантов